Захар — слуга Ильи Ильича Обломова. Этому типу людей Гончаров посвятил специальный очерк, озаглавленный "Слуги старого века", в котором вспоминает хорошо известных ему представителей этого сословия, людей старой закалки, с трудом вживающихся в новые жизненные условия. Литературная родословная Захара идет от пушкинского Савельича ("Капитанская дочка"). При всей разности характеров первого, разврата иного жизнью в Петербурге и патологической ленью своего I 'Ирина, и второго — вечного дядькп, для которого питомец осек тся малым, неразумным ребенком едва ли не на всю жизнь, сближает их одержимая верность не только своему барину, но и всему его роду.
Захар "пожилой человек, в сером сюртуке, с прорехою под мышкой... в сером же жилете, с медными пуговицами, с голым, как колено, черепом и с. необъятно широкими и густыми русыми с проседью бакенбардами, из которых каждой стало бы на три бороды... Дом Обломовых был когда-то богат и знаменит в своей стороне, но потом, Бог знает отчего, все беднел, мельчал и, наконец, незаметно потерялся между нестарыми дворянскими домами. Только поседевшие слуги дома хранили и передавали друг другу верную память о минувшем, дорожа ею, как святыней".
Портрет Захара, изображающий смешную и нелепую внешность, дополняется и особым голосом: героине говорит, аворчит, как собака, или хрипит. Голос же, данный Богом, по словам Захара, "он потерял на охоте с собаками, когда ездил со старым барином и когда ему дунуло будто сильным ветром в горло".
Полное равнодушие к сору, пыли, грязи отличает этого слугу от других слуг-персонажей отечественной литературы. Захар на этот счет составил собственную философию, не позволяющую бороться ни с грязью, ни с тараканами и клопами, раз они выдуманы самим Господом. Когда Обломов приводит своему слуге в пример живущее напротив семейство настройщика, Захар приводит в ответ следующие аргументы, в которых видна незаурядная наблюдательность: "А где немцы сору возьмут? Бы погляди'те-ко, как они живут! Вся семья целую неделю кость гложет. Сюртук с плеч отца переходит на сына, а с сына опять на отца. На жене и дочерях платьишки коротенькие: все поджимают под себя ноги, как гусыни... Где им сору взять? У них нет этого вот, как у нас, чтоб в шкафах лежала по годам куча старого изношенного платья или набрался целый угол корок хлеба за зиму... У них и корка зря ire валяется: наделают сухариков да с пивом и выпьют".
При внешней разболтанности Захар, однако, довольно собран. Извечная привычка слуг старого века не дает ему разбазаривать барское добро — когда земляк Обломова, жулик Та-рантьев, просит Илью Ильича дать ему на время фрак, Захар немедленно отказывает: пока не будут возвращены рубашка и жилет, ничего больше Тарантьев не получит. И Обломов теряется перед его твердостью. Верность Захара своему барину и всем давно забытым устоям родной Обломовки воплощена ярче всего в эпизоде, когда Обломов наставляет своего слугу'привычным и самым действенным способом — прибегая к "жалким словам" и называя Захара "ядовитым человеком". В минуту раздражения Захар позволил себе сравнить Обломова с другими, которые и с квартиры па квартиру легко переезжают, и за границу отправляются. Это вдохновляет Илью Ильича на грозную и гордую отповедь о невозможности сравнивать его, Обломова, с кем бы то еще ни было. И это пробирает Захара больше, нежели ругательства: он и сам чувствует, что переступил какую-то запретную границу, уподобив своего барина другим людям.
Захар не лишен и недостатков. Гончаров определяет своего персонажа как "рыцаря со страхом и упреком", который "принадлежал двум эпохам, и обе наложили на него печать свою. От одной перешла к нему по наследству безграничная преданность к дому Обломовых, а от другой, поздней, утонченность и развращенность нравов". Захар любит выпить с приятелями, посплетничать на дворе с другими слугами, порой приукрашивая своего барина, порой же выставляя его таким, каким Обломов никогда не был. Может Захар при случае и прикарманить деньги— не крупные, медные, но непременно оставляет себе сдачу иг покупок. Все, к чему Захар прикасается, бьется, ломается — к началу повествования в доме Обломова уже совсем мало целых вещей, будь то стул или чашка. Еду барину Захар подает, как правило, уронив то булку, то вилку...
И еще черта, характерная для смешения двух эпох, на которые указал Гончаров: "Захар умер бы вместо барина, считая это .поим неизбежным и природным долгом, и даже не считая ничем, а просто бросился бы на смерть, точно так же, как собака, которая при встрече с зверем в лесу бросается на него, не рас-I у ждая, отчего должна броситься она, а не ее господин. Но зато, если б понадобилось, например, просидеть всю ночь подле по гели барина, не смыкая глаз, и от этого бы зависело здоровье п in даже жизнь барина, Захар непременно бы заснул". С года
нее больше и отчетливее вырисовывается нерасторжимая ii п. между Ильёй Ильичом и Захаром — как два последних Представителя Обломовки, являющейся лишь прекрасным .....м, (.....каждый по-своему свято хранят в душе те "преданья
трины глубокой", что сформировали их жизни, характеры и - шмоотношения; Даже когда Захар неожиданно женится в
тс романа на кухарке Анисье, значительно более ловкой,
и чистоплотной, он старается по возможности не, ее к Илье Ильичу, выполняя сам привычные работы, которых не мыслит жизни. Жизнь его действительно заК чивается со смертью Ильи Ильича, превратившись в ненужное и горькое прозябание. После смерти Обломова вскоре умерла и жена Захара Анисья, а домохозяйка Агафья Матвеевна Пше-ницына, ставшая женой Ильи Ильича Обломова, не смогла при суровом "братце" держать Захара в доме. Единственное, чем в состоянии помочь Пшеницына Захару, это давать ему на зиму немного теплой одежды да изредка подкармливать.
В финальномэпизоде друг Обломова Андрей Штольц встречает Захара,.нищете, почти ослепшего, выпрашивающего милостыню старика, у церкви на Выборгской стороне. Но предложение уехать в деревню, где Штольц позаботится о нем, не соблазняет Захара: он не хочет оставить без присмотра могилу Ильи Ильича, возле которой, придя помянуть своего барина, только и находит умиротворение.
Ильинская Ольга Сергеевна — одна из главных героинь романа, яркий и сильный характер. Возможный прототип Ильинской — Елизавета Толстая, единственная любовь Гончарова, хотя некоторые исследователи отвергают эту гипотезу. "Ольга в строгом смысле не была красавица, то есть не было ни белизны в ней, ни яркого колорита щек и губ, и глаза не горели лучами внутреннего огня; ни кораллов на губах, ни жемчугу во рту не- было, ни миниатюрных рук, как у пятилетнего ребенка, k пальцами в виде винограда: Но если б ее обратить в статую, она была бы статуя грации и гармонии":
С того времени, как осиротела, Ильина живет в доме своей тетки Марьи Михайловны. Гончаров подчеркивает быстрое духовное созревание героини: она "как будто слушала курс жизни не по дням, а по часам. И каждый час малейшего,едва заметного опыта, случая, который мелькнет, как птица,, мимо носа мужчины, схватывается неизъяснимо быстро девушкой". Ильину и Обломова знакомит Андрей Иванович Штольц. Как, когда и где встретились Штольц и Ильина, неизвестно, но отношения, связывающие этих персонажей, отличаются искренней взаимной тягой и доверием. "...B редкой девице встретишь такую простоту и естественную свободу взгляда, слова, поступка... Ни жеманства, ни кокетства, никакой лжи, никакой мишуры, ни умысла! Зато ее и ценил почти один Штольц, зато не одну мазурку просидела она одна, не скрывая скуки... Одни считали ее простой, недальней, неглубокой, потому что не сыпались с языка ее ни мудрые сентенции о жизни, о любви, ни быстрые, неожиданные и смелые реплики, пи вычитанные или подслушанные суждения о музыке и литературе..."
Штольц приводит Обломова в дом Ильиной не случайно:
зная, что она обладает пытливым умом и глубокими чувствами, он надеется, что своими духовными запросами Ильина сумеет пробудить Обломова — заставит его больше и разборчивее читать, смотреть, узнавать.
Обломов в одну из первых же встреч захвачен ее удивительным голосом ¦— Ольга поет,арию из,оперы Беллини "Норма", знаменитую "Casta diva", и "это уничтожило Обломова: он изнемог", все более и более погружаясь в новое для себя чувство.Литературная предшественница Ильиной *г Татьяна Лари-па ("Евгений Онегин"). Но как героиня иного исторического времени, Ильина более уверена в себе, ум ее требует постоянной работы. Это отмечал еще Н.А.Добролюбов, в статье "Что такое обломовщина?": "Ольга по своему развитию представляет высший идеал, какой только может теперь русский художник вызвать из теперешней русской жизни... В ней-то более, нежели в Штольце, можно видеть намек на новую русскую жизнь; от нее можно ожидать слова, которое сожжет и развеет обломовщину..."
Характер Ольги, сплавленный одновременно из силы и слабости, знания о жизни и неумения этим знанием одарить других, получит развитие в русской литературе — в героинях драматургии А.П.Чехова — в частности, в Елене Андреевне и Соне 15ойницкой из "Дяди Вани".
Главное свойство Ильиной, присущее многим женским персонажам русской литературы прошлого столетия, — не просто любовь к конкретному человеку, а непременное желание изменить его, поднять до своего идеала, перевоспитать, привив ему новые понятия, новые вкусы. Обломов оказывается для этого самым подходящим объектом: "Она мечтала, как "прикажет ему прочесть книги", которые оставил Штольц, потом читать каждый день газеты и рассказывать ей новости, писать письма в деревню, дописывать план устройства имения, приготовиться ехать за границу, — словом, он не задремлет у нее; она укажет ему цель, заставит полю.бить опять все, что он разлюбил, и I Цтольц не узнает его, воротясь. И все это чудо сделает она, такая робкая, молчаливая, которой до сих пор никто не слушал -| я, которая еще не начала жить!.. Она даже вздрагивала от гордого, радостного трепета; считала это уроком, назначенным свыше". ...
I [еревоспитание становится целью, цель увлекает настоль-| о, что отодвигается в сторону все остальное, а чувство любви Постепенно подчиняется учительству. Учительство же в каком-i" | мысле укрупняет и обогащает любовь. Именно от этого и происходит в Ольге та серьезная перемена, что так поразила Штольца при встрече с ней за границей, куда она вместе с теткой приехала после разрыва с ОблоМовЫм.
Ильина сразу понимает, что в отношениях с.Обломовым ей" принадлежит главная роль, она "мигом взвесила свою власть над ним, и ей нравилась эта роль путеводной звезды, луча света, который она разольет над стоячим озером и отразится в нем". Жизнь словно просыпается в Ольге вместе с жизнью Обломова. Но в ней этот процесс происходит куда более интенсивно, чем в Илье Ильиче. Ильина словно проверяет на нем свои возможности женщины и воспитательницы одновременно. Ее незаурядные ум и душа требуют все более и более "сложной" пищи. Не случайно в какой-то момент Обломов видит в ней Корделию: все чувства Ильиной пронизывает простая, естественная, как у шекспировской героини, гордость, побуждающая осознавать сокровища своей души как счастливую и заслуженную данность: "Что я раз назвала своим, того уже не отдам назад, разве отнимут..." — говорит она Обломову.
Чувство Ильиной к Обломову цельно и гармонично: она просто любит, тогда как Обломов постоянно пытается выяснить глубину этой любви, оттого и страдает, полагая, что Ильина "любит теперь, как вышивает по канве: тихо, лениво выходит узор, она еще ленивее развертывает его, любуется, потом положит и забудет". Когда Илья Ильич говорит героине, что он; умнее его, Ильина отвечает: "Нет, проще и смелее", высказывая тем самым едва ли не определяющую линию их отнош ний. Ильина вряд ли сама ведает, что испытываемое ею ч>. ство более напоминает сложный эксперимент, нежели первук любовь. Она не говорит Обломову о том, что улажены все де,-по ее имению, с одной лишь целью — "...доследить до конца, в его ленивой душе любовь совершит переворот, как око тельно спадет с него гнет, как он не устоит перед близким тьем..." Но, как всякий эксперимент над живой душой, этот опыт увенчаться успехом не может.
Ольге необходимо увидеть своего избранника на пьедестале, выше себя, а это, согласно авторской концепции, невозможно. Даже Штольц, за которого после неудачного романа с 06-ломовым она выходит замуж, только временно стоит выше, чем она, и Гончаров это подчеркивает. К финалу становится ясно, что И. перерастет своего мужа и по силе чувств, и по глубине размышлений о жизни. Осознав, насколько далеко расходятся ее идеалы с идеалами Обломова, мечтающего жить согласно старинному укладу родной Обломовки, Ильина вынуждена ткзаться от дальнейших экспериментов. "Я любила будущего Обломова! — говорит она Илье Ильичу. — Ты кроток, чес-теп, Илья; ты нежен... как голубь; ты прячешь голову под крыло — и ничего не хочешь больше; ты готов всю жизнь проворковать под кровлей... да я не такая: мне мало этого, мне нужно чего-то еще, а чего — не знаю!" Это "что-то" не оставит Ильину: даже пережив разрыв с Обломовым и счастливо выйдя замуж за Штольца, она не успокоится. Наступит момент, когда и I Итольц окажется перед необходимостью объяснять жене, матери двоих детей, таинственное "что-то", не дающее покоя ее мятущейся душе. "Глубокая бездна ее души" не пугает, по тревожит Штольца. В Ильиной, которую он знал почти девочкой, к которой испытывал сначала дружбу, а потом и любовь, он постепенно обнаруживает все новые и неожиданные глубины. Привыкнуть к ним Штольцу трудно, потому его счастье с Ольгой представляется во многом проблематичным. Бывает, что Ильиной овладевает страх: "Она боялась впасть во что-нибудь похожее на обломовскую апатию. Но как она ни старалась сбыть с души эти мгновения периодического оцепенения, сна души, к пей нет-нет да подкрадется сначала греза счастья, окружит ее голубая ночь и окутает дремотой, потом опять настанет задумчивая остановка, будто отдых жизни, а затем смущение, боязнь, томление, какая-то глухая грусть, послышатся какие-то смутные, туманные вопросы в беспокойной голове".
Эти смятения вполне соотносятся с финальным размышле-ппем автора, заставляющим задуматься о будущем героини: "Ольга не знала... логики покорности слепой судьбе и не понимала женских страстишек и увлечений. Признав раз в избранном человеке достоинство и права на себя, она верила в Него и потому любила, а переставала верить переставала и любить, как случилась с Обломовым... Но теперь она уверовала в Андреи не слепо, а с сознаньем, и в нем воплотился ее идеал мужского совершенства... Оттого она не снесла бы понижения ни на волос признанных ею достоинств; всякая фальшивая нота в его характере или уме произвела бы потрясающий диссонанс. Раз-I |ушенное здание счастья погребло бы ее под развалинами, или, 14 [И б еще уцелели ее силы, она бы искала..."
Марья Михайловна — тетка Ольги Ильинской, воспитывает племянницу после смерти родителей. Образ подобной на-
гавницы характерен для русской литературы XIX в. Мировосприятие Ольги сложилось таким, каким оно предстает в романс, во многом благодаря именно Марье Михайловне, предоста-щшшей своей воспитаннице достаточно свободы для проявле-
ния душевных склонностей и развития ума. Марья Михайловна, "была женщиной очень умной, приличной, одетой всегда прекрасно,, всегда в новом шелковом платье, которое сидит на ней отлично, всегда в таких изящных кружевных воротничках; чепец тоже со вкусом сделан, и ленты прибраны кокетливо к ее почти пятидесятилетнему, но еще свежему лицу...Позы, жесты ее исполнены достоинства... ее никогда не увидишь-за.работой: нагибаться, шить, заниматься мелочью нейдет к ее лицу, важной фигуре. Она и приказания слугам и служанкам отдавала небрежным тоном, коротко и сухо".
Захар "пожилой человек, в сером сюртуке, с прорехою под мышкой... в сером же жилете, с медными пуговицами, с голым, как колено, черепом и с. необъятно широкими и густыми русыми с проседью бакенбардами, из которых каждой стало бы на три бороды... Дом Обломовых был когда-то богат и знаменит в своей стороне, но потом, Бог знает отчего, все беднел, мельчал и, наконец, незаметно потерялся между нестарыми дворянскими домами. Только поседевшие слуги дома хранили и передавали друг другу верную память о минувшем, дорожа ею, как святыней".
Портрет Захара, изображающий смешную и нелепую внешность, дополняется и особым голосом: героине говорит, аворчит, как собака, или хрипит. Голос же, данный Богом, по словам Захара, "он потерял на охоте с собаками, когда ездил со старым барином и когда ему дунуло будто сильным ветром в горло".
Полное равнодушие к сору, пыли, грязи отличает этого слугу от других слуг-персонажей отечественной литературы. Захар на этот счет составил собственную философию, не позволяющую бороться ни с грязью, ни с тараканами и клопами, раз они выдуманы самим Господом. Когда Обломов приводит своему слуге в пример живущее напротив семейство настройщика, Захар приводит в ответ следующие аргументы, в которых видна незаурядная наблюдательность: "А где немцы сору возьмут? Бы погляди'те-ко, как они живут! Вся семья целую неделю кость гложет. Сюртук с плеч отца переходит на сына, а с сына опять на отца. На жене и дочерях платьишки коротенькие: все поджимают под себя ноги, как гусыни... Где им сору взять? У них нет этого вот, как у нас, чтоб в шкафах лежала по годам куча старого изношенного платья или набрался целый угол корок хлеба за зиму... У них и корка зря ire валяется: наделают сухариков да с пивом и выпьют".
При внешней разболтанности Захар, однако, довольно собран. Извечная привычка слуг старого века не дает ему разбазаривать барское добро — когда земляк Обломова, жулик Та-рантьев, просит Илью Ильича дать ему на время фрак, Захар немедленно отказывает: пока не будут возвращены рубашка и жилет, ничего больше Тарантьев не получит. И Обломов теряется перед его твердостью. Верность Захара своему барину и всем давно забытым устоям родной Обломовки воплощена ярче всего в эпизоде, когда Обломов наставляет своего слугу'привычным и самым действенным способом — прибегая к "жалким словам" и называя Захара "ядовитым человеком". В минуту раздражения Захар позволил себе сравнить Обломова с другими, которые и с квартиры па квартиру легко переезжают, и за границу отправляются. Это вдохновляет Илью Ильича на грозную и гордую отповедь о невозможности сравнивать его, Обломова, с кем бы то еще ни было. И это пробирает Захара больше, нежели ругательства: он и сам чувствует, что переступил какую-то запретную границу, уподобив своего барина другим людям.
Захар не лишен и недостатков. Гончаров определяет своего персонажа как "рыцаря со страхом и упреком", который "принадлежал двум эпохам, и обе наложили на него печать свою. От одной перешла к нему по наследству безграничная преданность к дому Обломовых, а от другой, поздней, утонченность и развращенность нравов". Захар любит выпить с приятелями, посплетничать на дворе с другими слугами, порой приукрашивая своего барина, порой же выставляя его таким, каким Обломов никогда не был. Может Захар при случае и прикарманить деньги— не крупные, медные, но непременно оставляет себе сдачу иг покупок. Все, к чему Захар прикасается, бьется, ломается — к началу повествования в доме Обломова уже совсем мало целых вещей, будь то стул или чашка. Еду барину Захар подает, как правило, уронив то булку, то вилку...
И еще черта, характерная для смешения двух эпох, на которые указал Гончаров: "Захар умер бы вместо барина, считая это .поим неизбежным и природным долгом, и даже не считая ничем, а просто бросился бы на смерть, точно так же, как собака, которая при встрече с зверем в лесу бросается на него, не рас-I у ждая, отчего должна броситься она, а не ее господин. Но зато, если б понадобилось, например, просидеть всю ночь подле по гели барина, не смыкая глаз, и от этого бы зависело здоровье п in даже жизнь барина, Захар непременно бы заснул". С года
нее больше и отчетливее вырисовывается нерасторжимая ii п. между Ильёй Ильичом и Захаром — как два последних Представителя Обломовки, являющейся лишь прекрасным .....м, (.....каждый по-своему свято хранят в душе те "преданья
трины глубокой", что сформировали их жизни, характеры и - шмоотношения; Даже когда Захар неожиданно женится в
тс романа на кухарке Анисье, значительно более ловкой,
и чистоплотной, он старается по возможности не, ее к Илье Ильичу, выполняя сам привычные работы, которых не мыслит жизни. Жизнь его действительно заК чивается со смертью Ильи Ильича, превратившись в ненужное и горькое прозябание. После смерти Обломова вскоре умерла и жена Захара Анисья, а домохозяйка Агафья Матвеевна Пше-ницына, ставшая женой Ильи Ильича Обломова, не смогла при суровом "братце" держать Захара в доме. Единственное, чем в состоянии помочь Пшеницына Захару, это давать ему на зиму немного теплой одежды да изредка подкармливать.
В финальномэпизоде друг Обломова Андрей Штольц встречает Захара,.нищете, почти ослепшего, выпрашивающего милостыню старика, у церкви на Выборгской стороне. Но предложение уехать в деревню, где Штольц позаботится о нем, не соблазняет Захара: он не хочет оставить без присмотра могилу Ильи Ильича, возле которой, придя помянуть своего барина, только и находит умиротворение.
Ильинская Ольга Сергеевна — одна из главных героинь романа, яркий и сильный характер. Возможный прототип Ильинской — Елизавета Толстая, единственная любовь Гончарова, хотя некоторые исследователи отвергают эту гипотезу. "Ольга в строгом смысле не была красавица, то есть не было ни белизны в ней, ни яркого колорита щек и губ, и глаза не горели лучами внутреннего огня; ни кораллов на губах, ни жемчугу во рту не- было, ни миниатюрных рук, как у пятилетнего ребенка, k пальцами в виде винограда: Но если б ее обратить в статую, она была бы статуя грации и гармонии":
С того времени, как осиротела, Ильина живет в доме своей тетки Марьи Михайловны. Гончаров подчеркивает быстрое духовное созревание героини: она "как будто слушала курс жизни не по дням, а по часам. И каждый час малейшего,едва заметного опыта, случая, который мелькнет, как птица,, мимо носа мужчины, схватывается неизъяснимо быстро девушкой". Ильину и Обломова знакомит Андрей Иванович Штольц. Как, когда и где встретились Штольц и Ильина, неизвестно, но отношения, связывающие этих персонажей, отличаются искренней взаимной тягой и доверием. "...B редкой девице встретишь такую простоту и естественную свободу взгляда, слова, поступка... Ни жеманства, ни кокетства, никакой лжи, никакой мишуры, ни умысла! Зато ее и ценил почти один Штольц, зато не одну мазурку просидела она одна, не скрывая скуки... Одни считали ее простой, недальней, неглубокой, потому что не сыпались с языка ее ни мудрые сентенции о жизни, о любви, ни быстрые, неожиданные и смелые реплики, пи вычитанные или подслушанные суждения о музыке и литературе..."
Штольц приводит Обломова в дом Ильиной не случайно:
зная, что она обладает пытливым умом и глубокими чувствами, он надеется, что своими духовными запросами Ильина сумеет пробудить Обломова — заставит его больше и разборчивее читать, смотреть, узнавать.
Обломов в одну из первых же встреч захвачен ее удивительным голосом ¦— Ольга поет,арию из,оперы Беллини "Норма", знаменитую "Casta diva", и "это уничтожило Обломова: он изнемог", все более и более погружаясь в новое для себя чувство.Литературная предшественница Ильиной *г Татьяна Лари-па ("Евгений Онегин"). Но как героиня иного исторического времени, Ильина более уверена в себе, ум ее требует постоянной работы. Это отмечал еще Н.А.Добролюбов, в статье "Что такое обломовщина?": "Ольга по своему развитию представляет высший идеал, какой только может теперь русский художник вызвать из теперешней русской жизни... В ней-то более, нежели в Штольце, можно видеть намек на новую русскую жизнь; от нее можно ожидать слова, которое сожжет и развеет обломовщину..."
Характер Ольги, сплавленный одновременно из силы и слабости, знания о жизни и неумения этим знанием одарить других, получит развитие в русской литературе — в героинях драматургии А.П.Чехова — в частности, в Елене Андреевне и Соне 15ойницкой из "Дяди Вани".
Главное свойство Ильиной, присущее многим женским персонажам русской литературы прошлого столетия, — не просто любовь к конкретному человеку, а непременное желание изменить его, поднять до своего идеала, перевоспитать, привив ему новые понятия, новые вкусы. Обломов оказывается для этого самым подходящим объектом: "Она мечтала, как "прикажет ему прочесть книги", которые оставил Штольц, потом читать каждый день газеты и рассказывать ей новости, писать письма в деревню, дописывать план устройства имения, приготовиться ехать за границу, — словом, он не задремлет у нее; она укажет ему цель, заставит полю.бить опять все, что он разлюбил, и I Цтольц не узнает его, воротясь. И все это чудо сделает она, такая робкая, молчаливая, которой до сих пор никто не слушал -| я, которая еще не начала жить!.. Она даже вздрагивала от гордого, радостного трепета; считала это уроком, назначенным свыше". ...
I [еревоспитание становится целью, цель увлекает настоль-| о, что отодвигается в сторону все остальное, а чувство любви Постепенно подчиняется учительству. Учительство же в каком-i" | мысле укрупняет и обогащает любовь. Именно от этого и происходит в Ольге та серьезная перемена, что так поразила Штольца при встрече с ней за границей, куда она вместе с теткой приехала после разрыва с ОблоМовЫм.
Ильина сразу понимает, что в отношениях с.Обломовым ей" принадлежит главная роль, она "мигом взвесила свою власть над ним, и ей нравилась эта роль путеводной звезды, луча света, который она разольет над стоячим озером и отразится в нем". Жизнь словно просыпается в Ольге вместе с жизнью Обломова. Но в ней этот процесс происходит куда более интенсивно, чем в Илье Ильиче. Ильина словно проверяет на нем свои возможности женщины и воспитательницы одновременно. Ее незаурядные ум и душа требуют все более и более "сложной" пищи. Не случайно в какой-то момент Обломов видит в ней Корделию: все чувства Ильиной пронизывает простая, естественная, как у шекспировской героини, гордость, побуждающая осознавать сокровища своей души как счастливую и заслуженную данность: "Что я раз назвала своим, того уже не отдам назад, разве отнимут..." — говорит она Обломову.
Чувство Ильиной к Обломову цельно и гармонично: она просто любит, тогда как Обломов постоянно пытается выяснить глубину этой любви, оттого и страдает, полагая, что Ильина "любит теперь, как вышивает по канве: тихо, лениво выходит узор, она еще ленивее развертывает его, любуется, потом положит и забудет". Когда Илья Ильич говорит героине, что он; умнее его, Ильина отвечает: "Нет, проще и смелее", высказывая тем самым едва ли не определяющую линию их отнош ний. Ильина вряд ли сама ведает, что испытываемое ею ч>. ство более напоминает сложный эксперимент, нежели первук любовь. Она не говорит Обломову о том, что улажены все де,-по ее имению, с одной лишь целью — "...доследить до конца, в его ленивой душе любовь совершит переворот, как око тельно спадет с него гнет, как он не устоит перед близким тьем..." Но, как всякий эксперимент над живой душой, этот опыт увенчаться успехом не может.
Ольге необходимо увидеть своего избранника на пьедестале, выше себя, а это, согласно авторской концепции, невозможно. Даже Штольц, за которого после неудачного романа с 06-ломовым она выходит замуж, только временно стоит выше, чем она, и Гончаров это подчеркивает. К финалу становится ясно, что И. перерастет своего мужа и по силе чувств, и по глубине размышлений о жизни. Осознав, насколько далеко расходятся ее идеалы с идеалами Обломова, мечтающего жить согласно старинному укладу родной Обломовки, Ильина вынуждена ткзаться от дальнейших экспериментов. "Я любила будущего Обломова! — говорит она Илье Ильичу. — Ты кроток, чес-теп, Илья; ты нежен... как голубь; ты прячешь голову под крыло — и ничего не хочешь больше; ты готов всю жизнь проворковать под кровлей... да я не такая: мне мало этого, мне нужно чего-то еще, а чего — не знаю!" Это "что-то" не оставит Ильину: даже пережив разрыв с Обломовым и счастливо выйдя замуж за Штольца, она не успокоится. Наступит момент, когда и I Итольц окажется перед необходимостью объяснять жене, матери двоих детей, таинственное "что-то", не дающее покоя ее мятущейся душе. "Глубокая бездна ее души" не пугает, по тревожит Штольца. В Ильиной, которую он знал почти девочкой, к которой испытывал сначала дружбу, а потом и любовь, он постепенно обнаруживает все новые и неожиданные глубины. Привыкнуть к ним Штольцу трудно, потому его счастье с Ольгой представляется во многом проблематичным. Бывает, что Ильиной овладевает страх: "Она боялась впасть во что-нибудь похожее на обломовскую апатию. Но как она ни старалась сбыть с души эти мгновения периодического оцепенения, сна души, к пей нет-нет да подкрадется сначала греза счастья, окружит ее голубая ночь и окутает дремотой, потом опять настанет задумчивая остановка, будто отдых жизни, а затем смущение, боязнь, томление, какая-то глухая грусть, послышатся какие-то смутные, туманные вопросы в беспокойной голове".
Эти смятения вполне соотносятся с финальным размышле-ппем автора, заставляющим задуматься о будущем героини: "Ольга не знала... логики покорности слепой судьбе и не понимала женских страстишек и увлечений. Признав раз в избранном человеке достоинство и права на себя, она верила в Него и потому любила, а переставала верить переставала и любить, как случилась с Обломовым... Но теперь она уверовала в Андреи не слепо, а с сознаньем, и в нем воплотился ее идеал мужского совершенства... Оттого она не снесла бы понижения ни на волос признанных ею достоинств; всякая фальшивая нота в его характере или уме произвела бы потрясающий диссонанс. Раз-I |ушенное здание счастья погребло бы ее под развалинами, или, 14 [И б еще уцелели ее силы, она бы искала..."
Марья Михайловна — тетка Ольги Ильинской, воспитывает племянницу после смерти родителей. Образ подобной на-
гавницы характерен для русской литературы XIX в. Мировосприятие Ольги сложилось таким, каким оно предстает в романс, во многом благодаря именно Марье Михайловне, предоста-щшшей своей воспитаннице достаточно свободы для проявле-
ния душевных склонностей и развития ума. Марья Михайловна, "была женщиной очень умной, приличной, одетой всегда прекрасно,, всегда в новом шелковом платье, которое сидит на ней отлично, всегда в таких изящных кружевных воротничках; чепец тоже со вкусом сделан, и ленты прибраны кокетливо к ее почти пятидесятилетнему, но еще свежему лицу...Позы, жесты ее исполнены достоинства... ее никогда не увидишь-за.работой: нагибаться, шить, заниматься мелочью нейдет к ее лицу, важной фигуре. Она и приказания слугам и служанкам отдавала небрежным тоном, коротко и сухо".
Комментариев нет:
Отправить комментарий